в зоне РФ
т/ф (495) 565-13-84
т. (495) 544-81-24
ВНОВЬ О ГЕОТЕХНИКЕ
| Потапов А.Д. Заведующий кафедрой инженерной геологии и геоэкологии Московского государственного строительного университета, д-р техн. наук В № 5 журнала «Инженерные изыскания» за 2009 год можно найти статью Л.В. Коротецкой «Инженерно-геотехнические изыскания — очередной абсурд?», подтверждающую воззрения многих специалистов по поводу «геотехнических» рассуждений, число которых, к сожалению, множится. Именно мнение, что инженерно-геотехнические изыскания — это абсурд (причем в утвердительной форме), заставляет снова и снова обращаться к этому предмету. В сложившейся практике за пределами нашей страны «геотехника» — это давно укоренившийся термин, имеющий под собой многолетнюю историю и вполне определенный предмет и методологию исследований. Спорить по этому поводу нет никакой необходимости, так как зарубежные геотехники вполне успешно решают стоящие перед ними задачи и дают необходимую для обеспечения безопасного и надежного функционирования зданий и сооружений информацию. В нашей стране в рамках лучшей в мире инженерной школы, в том числе и инженерно-строительной, сложился иной подход к решению задач проектирования строительных объектов, который был вполне обеспечен надлежащей и надежной системой инженерных изысканий для строительства. Существовавшая система нормативной документации в полной мере обеспечивала и безопасность, и надежность строительных объектов, многие из которых по своей грандиозности многократно превосходят мировые образцы. При необходимой гармонизации с международной системой стандартов использование в нашей стране принятой за рубежом системы геотехнических показателей отнюдь не является непреодолимой проблемой. Она не требует включения в систему инженерных изысканий неких никому в нашей стране не известных «инженерно-геотехнических изысканий». Даже нет необходимости, как предлагают некоторые изыскатели, называть их отдельным видом изыскательских работ. Просто надо сказать, что модуль деформации, коэффициент фильтрации, угол внутреннего трения и сцепление носят название «геотехнические показатели». Более того, эти важнейшие для строительства показатели имеют корни в грунтоведении, которое является составной частью инженерной геологии. А для грунтоведов такое переименование не будет чем-то значительным. Возникающее под влиянием непреодолимого «западноевропейского зуда» желание утвердиться в качестве «инноваторов» и влечет за собой такого рода изыски. В частности, в угоду сиюминутному решению по формальному поводу регистрации пришлось переименовать прекрасное научное сообщество «Национальный комитет по механике грунтов и фундаментостроению» в «Российское общество по механике грунтов, геотехнике и фундаментостроению (РОМГГиФ)». Суть от этого не изменилась — как успешно работали, так и работают первоклассные российские специалисты по механике грунтов, основаниям и фундаментам, и никто не занимается геотехникой, так как никто у нас в стране ее не знает как науку. После такого переименования был прекрасный момент для решения вопроса, что же такое геотехника. Следовало бы сформировать рабочую группу для того, чтобы выработать предложения по созданию новой научной специальности, надо было бы определить предмет этой науки, объект ее изучения и основные методологические подходы. Однако руководство РОМГГиФ от решения этой задачи самоустранилось. В случае изменения наименования нормативных документов значимого изменения подходов к обеспечению проектировщиков информацией не произойдет, прежде всего, в силу успешно работающей образовательной системы подготовки кадров изыскателей — инженер-геологов, геодезистов, гидрологов, метеорологов и экологов. Здесь возникает важный вопрос о том, кто же у нас в стране работает над техническими регламентами по инженерным изысканиям для строительства. Среди изыскателей, непосредственно ведущих работы, это никому не известно. Опять появится документ, составленный чиновниками, хотя опыт работы над нормативными документами по-настоящему большим научным сообществом у нас в стране есть, и весьма богатый. Может, стоило бы, как нынче принято, объявить конкурс, который бы был выигран действительно достойным коллективом, — и получили бы изыскатели достойный современный документ. Но эта мысль наверняка является «гласом вопиющего в пустыне». И далее. К сожалению, нашу планету мы знаем пока недостаточно, и геологическая наука пока не в состоянии ответить на множество вопросов о внутреннем строении Земли, о многих процессах и явлениях, их причинах и последствиях. Стремление к познанию истины вполне естественно вызывает желание развивать новые научные направления. Это нашло отражение и в естественных науках, в частности в науках о Земле. Например, вполне обоснованно появилась и активно развивается геоэкология, а в первой трети XX века появилась инженерная геология, без которой комплекс геологических наук был бы неполным. При активном строительном буме в мире все более востребованными становятся инженерно-геологические знания, а особенно сведения о состоянии и свойствах грунтов, о негативных с точки зрения строительства геологических процессах и явлениях. Опять же, по сути, это геологические знания, базирующиеся на многократно оправдавшем себя генетическом подходе к изучению геологической среды. Если предмет и методология такой новой науки о Земле, как геоэкология (равно как и классической инженерной геологии), четко определяются, то этого нельзя сказать о насаждаемой сейчас геотехнике. Здесь следует оговориться, что ни в коей мере не следует уничижать коллег, которые работают на недавно получивших новые названия кафедрах геотехники и которые называют себя геотехниками, — они в ряде случаев решают свои конкретные задачи. Правда, избрать профессора по кафедре геотехники невозможно, так как такой научной специальности нет. Нет ни одного вуза в нашей стране, да и за рубежом, где готовят будущих геотехников, — готовят либо инженер-геологов, либо инженеров-строителей со специализацией «основания и фундаменты» (как в МГСУ). Но они никак не геотехники, так как ни в одном учебном плане нет такой дисциплины. Если сообщество геотехников ставит перед собой инженерно-геологические задачи, то это непонятно — ведь существует национальная группа Международной ассоциации инженер-геологов, решающая эти задачи. Если же речь идет об изысканиях как о виде строительной деятельности, то это предмет научного сообщества строителей, то есть Российской академии архитектуры и строительных наук (РААСН), которая в данном случае не проявила никакого интереса к этой проблеме. Это тем более странно, так как невозможно функционирование зданий и сооружений без обеспечения их проектирования знаниями о среде. Это известно всем со студенческой скамьи. Однако изыскатели даже и помыслить не могут о «приближении» к РААСН. Их там просто не замечают, хотя без изысканий строительство существовать не может. В таких условиях и появились некие инженерно-геотехнические изыскания, причем в документе, который подписал бывший премьер-министр России М. Фрадков. Документ этот, видимо, был составлен неким высокопоставленным чиновником, причем даже не от науки, что привело к фактическому использованию этой терминологии в таком важнейшем для строительства документе, как СНиП на инженерные изыскания для строительства, где такого вида изысканий никогда не было и не могло быть (ведь тогда этот документ составлял коллектив грамотных в этих вопросах людей). Кроме того, чиновничья прыть привела к появлению в территориальных нормативных документах (например, в «Инструкции по инженерно-геологическим и геоэкологическим изысканиям в г. Москве») «геотехнической категории» для изучаемых условий строительства. Но ведь таких уже имевшихся категорий, как уровень ответственности сооружения и сложность инженерно-геологических условий, было вполне достаточно для исчерпывающей характеристики основания будущего сооружения. Надуманность понятия «геотехническая категория» совершенно очевидна. Более того, это понятие не имеет однозначного толкования. В отчетах по инженерно-геологическим изысканиям все чаще появляется формальное отнесение вскрытых грунтов к таким разностям, которые по своему генезису не могли быть там сформированы. Например, коренные морские осадочные породы могут быть отнесены к суглинкам или супесям, а породы четвертичного возраста континентального генезиса — к глинам. О генетическом подходе стали забывать все больше. Это тоже одно из следствий формализации науки благодаря чиновникам. Предметы и методология механики грунтов и инженерной геологии «узаконены» всем их фактическим научным опытом. А что же может быть предметом геотехники? Грунт? Его состояние и свойства? Однако грунт -это предмет грунтоведения, составной части инженерной геологии. Именно российская школа генетического грунтоведения создала теоретические основы изучения горных пород в качестве грунтов. Грунт также является предметом изучения механики грунтов, но уже с позиций механики. Таким образом, у геотехники нет предмета изучения. Тогда что это за наука — без предмета? Может быть, геотехника обладает собственной методологией исследований? Но этого тоже нет. Свойства грунтов изучаются методами грунтоведения с помощью приборов, разработанных в механике грунтов и инженерной геологии. Геотехника «мыслит» о состоянии грунтов категориями грунтоведения и механики грунтов. Значит, у геотехники нет и собственной методологии. Существует мнение, что областью исследований геотехники является зона взаимодействия сооружения с геологической средой, где как раз и появляются геотехнические показатели. Но ведь уже есть, например, такое понятие, как «основание сооружения». Если это подземное сооружение, то грунт — это среда для него. А если грунт является материалом для сооружения, то его свойства описываются физико-механическими показателями. И вновь мы приходим к классическому определению понятия «грунт» в инженерной геологии. И здесь следует подчеркнуть, что такой важнейший принцип отечественной школы грунтоведения, как генетический подход к определению условий формирования состава, строения, состояния и свойств грунтов, разделяется не только инженер-геологами, но и учеными, занимающимися механикой грунтов и скальных пород. Дальнейшее же насаждение геотехники может привести к выхолащиванию научной основы изучения грунтов в рамках проведения инженерных изысканий для строительства. Но еще более опасной является формализация научных исследований, ведущая к «механистическому» подходу при изучении грунтов. Следует отметить, что нельзя относить к формализации использование принципов механики грунтов — далеко не механистических, а по-настоящему научных, исповедующих принципы такого раздела физики, как механика. Вопросы инженерной геодинамики и геомеханики находятся вне поля зрения геотехники. В то же время причины и следствия развития геологических процессов и явлений представляют важнейший интерес для строителей. Может быть, геотехника разработала собственные методы оценки состояния грунтов? Снова нет. Так, например, по числу пластичности грунты изначально именуются по методике, разработанной в грунтоведении. Мерзлое или немерзлое состояние также определяется грунтоведами. То же самое можно сказать и о степени плотности, трещиноватости, выветрелости. Даже довольно длительное использование термина «геотехнический контроль» (кстати, не очень обоснованно вошедшего в СНиП) не имеет под собой достаточной научной базы. Об определении строения грунтов в геотехнике не упоминается. Но, может быть, свойства грунтов изучаются «геотехническими» методами? И вновь нет. Прочность определяется в лаборатории на сдвиговых приборах, деформируемость — с помощью компрессионных испытаний на специально созданном для этих целей оборудовании, то есть полностью грунтоведческими методами. Говорить об изучении свойств грунтов полевыми методами в геотехнике нельзя, поскольку они используют типичные инженерно-геологические методики, оборудование и способы интерпретации. И уж никак не может геотехника заниматься оценкой инженерно-геологических процессов, их генезисом, масштабом, развитием и последствиями. И никакой пользы не приходится ждать от геотехники в прогнозе и оценке геологического риска, являющихся важнейшими для современного строительства. Может быть, у геотехники есть региональный аспект? Не очень верится, что модуль деформации или коэффициент фильтрации для петрографически и генетически равных разностей грунтов изменяются в региональном аспекте. А региональная инженерная геология успешно развивается в нашей стране более трех четвертей века. И это понятно, так как такого исключительного разнообразия условий нет ни в одной западноевропейской стране. Таким образом, геотехника не имеет своей области исследований, своего предмета и своей методологии. Более того, в связи с метафизичностью ее основных воззрений она не может быть отнесена к естественнонаучным дисциплинам. Наверное, не следует слепо следовать моде и брать в свой арсенал западные примеры. Ведь у нас в стране есть своя богатейшая научная школа. Более того, такие науки, как инженерная геология, грунтоведение и механика грунтов, созданы в нашей стране. У нас надо учиться. Здесь нет никакого «квасного» патриотизма, это констатация факта. Методы и области исследований этих классических наук не только не изжили себя, но, наоборот, все более востребованы практикой. Именно их надо развивать, а не создавать псевдонауку. Псевдонаучность повлечет за собой полуграмотность в среде будущих исследователей, которые не смогут верно использовать достижения механики грунтов и инженерной геологии. Автор считает важным подчеркнуть, что он не преследует цели навешивания ярлыков на возможные но вые научные направления, но рекомендует подходить к их созданию с научных позиций, а не через действия чиновников. Одной из главных задач в настоящее время является обеспечение таких важнейших для строительной практики наук, как инженерная геология и механика грунтов, оснований и фундаментов (да и самой строительной отрасли), новыми современно подготовленными кадрами. Кроме того, назрела необходимость значительных обновлений в деятельности РОМГГиФ и РААСН. И дело тут не в отдельных людях, а в реформировании идеологии этих организаций как научных сообществ. Кому как не этим уважаемым общественным научным организациям заниматься реальным обновлением и поддержкой новых научных направлений и обновлением научных кадров? Автор рад был бы услышать различные аргументированные ответы на этот вопрос. |
|
Ты знаний можешь не иметь
В какой-то области конкретной,
Но коль есть доступ в интернет,
Не жмись ты ссылочкой ответной.
